Верховенство права и доступ в суд (интервью с Екатериной Алексеевской)

Недавно с Интернете появился интересный проект на краудфандинговой платформе – издание книги «Мониторинг верховенства права и доступа в суд». Что такое верховенство права и с чем его едят, нам расскажет автор проекта Екатерина Алексеевская, ведущий эксперт Национального Исследовательского Университета «Высшая школа экономики».

В.Е.: Екатерина, представьтесь читателям, расскажите о себе.

Е.А.: Здравствуйте. Я родилась в Москве. Училась в школе, затем в Академии труда и социальных отношений. Со 2-го курса начала работать секретарем Судебной коллегии Московского городского суда, затем специалистом. С 2001 года ведущим консультантом в Отделе по работе с законодательством Верховного Суда России. Учебу продолжила в аспирантуре, защитила кандидатскую диссертацию «Теоретические и практические проблемы производства в суде надзорной инстанции». Работа в Верховном Суде интересная, но без перспектив карьерного и личностного роста. Обратила внимание на науку. С 2012 года работаю там в рамках Института проблем правового регулирования Высшей школы экономики. Коллектив там молодой, дружный, атмосфера тёплая и креативная. Первое время даже поверить не могла, что мне так повезло. Научные проекты очень интересные и темы на острие. Исследования финансируются фондами, университетом. Однако в последнее время стало труднее находить финансирование.

В.Е.: Именно поэтому Вы открыли свой проект на краудфандинговой платформе BOOMSTARTERe?

Е.И.: Да, в том числе. Темы, на которые выделяются гранты, либо не пересекаются с моими научными интересами или неинтересны, либо условия выделения денег по интересным темам отсекают возможность моего участия. Например, молодым ученым – это до 35 лет, а мне 42. Либо выделяемое финансирование не учитывает суммы на канцелярские товары и расходные материалы к оргтехнике, покупку научной литературы. В последнем случае это очень плохо, поскольку не позволяет нашим исследователям знакомиться с последними результатами исследований зарубежных коллег, нельзя вариться в собственном соку, читать только то, что публикуют местные журналы о праве. Об этом уже не раз говорили, но воз и ныне там.

В.Е.: Значит эта часть затрат в научном исследовании существенная?

Е.И.: Конечно. В основном иностранные публикации в научных журналах публикуются на правах платного доступа на электронных сайтах. Открытая лицензия, т.е. бесплатная для читателя, платная для автора, а это порядка 2000 евро или долларов. Естественно, что таких статей в открытом доступе не много. Купить интересующий номер научного журнала в большинстве случаев тоже не получится, нужно оформить годовую подписку, которая тоже обходится в копеечку. Это самая дорогостоящая часть затрат в исследовании, далее следуют расходники на оргтехнику. В основном это картридж для принтера. В среднем отчет по НИР 250-300 страниц, а есть еще промежуточные отчеты, которые не уступают в объеме, и публикации в журналах. Поэтому на одно исследование в среднем уходит 1 картридж, а это порядка 7000 рублей. Взять на себя эти расходы исследователю невозможно при зарплате в 10440 рублей.

В.Е.: Ясно. А почему Вы выбрали именно такую тему исследования? Почему именно верховенства права и доступ в суд? Такая формулировка для большинства читателей вещь не понятная.

Е.И.: Верховенство права — это общепризнанная в мире концепция права, которая означает что в правовом государстве, где права человека превыше всего, все подчинено закону, а закон охраняет права, свободы и законные интересы человека. Никто не может быть наказан, если за совершение этого деяния не предусматривает закон наказания. Эта концепция предусматривает не только охрану и соблюдение прав человека, но и защиту. Важно не только защитить права и свободы в суде, но и реально обеспечить доступ к нему, поэтому так важно понимать, насколько доступно правосудие, чтоб восстановить справедливость.

В.Е.: Мне понятно про доступность. Я бываю в судах, очень трудно туда попасть без посторонней помощи. Нет пандусов, аппарелей, не говоря о кнопке вызова для лиц с ограниченными возможностями на входе. Сейчас вот из дома выбраться не могу, собираю средства на съезд из квартиры на первом этаже (хотя это обязано делать государство). А какие аспекты доступности исследовали Вы?

Е.И.: У доступности есть две грани. Первая, это физическая – насколько легко попасть в суд. Она включает в себя масштабы судебного участка, и, следовательно, сколько заявителю нужно потратить времени и сил, чтоб добраться до него. Удобство получения информации о перечне необходимых документов, чтоб заявление рассмотрели по существу поставленных вопросов. Комфортность условий, как например, сейчас это используется в службе «одного окна»: парковка для посетителей, кондиционер, питьевая вода, просторные холлы, скамейки, столы и так далее. Вторая, процессуальная – правила закона, которые устанавливают порядок обращения и рассмотрения спора, чтоб восстановить справедливость. Под порядком обращения я также имею ввиду и порядок, размер уплаты госпошлины, а также условия предоставления отсрочки и рассрочки ее уплаты, если для этого есть основания, перечисленные в законе. К сожалению, у нас нет единого стандарта оказания публичной услуги. Вот, например, доступность. Если в службе «одного окна» не нужно прикладывать множество справок для получения публичной услуги, что в суде надо: прикладывать копии судебные актов, которые они сами и выдают для рассмотрения жалобы. Абсурд, а официальным языком это называется избыточные требования. И так на всем пути человека в суде в поиске защиты и справедливости. Я сравнила стандарт оказания публичной услуги и стандарт справедливого судебного разбирательства, чтобы выявить избыточность требований и оптимизировать процедуру. Вообще-то, во всем мире к стандарту справедливости судебного разбирательства «подтягивается» уровень качества услуг исполнительной власти. В России оказалось наоборот. В этом можно убедиться, прочитав книгу. Это нужно для улучшения качества оказываемых государством услуг, для нашего блага. Второй вопрос, который меня занимал, это насколько наше процессуальное законодательство соответствует критериям справедливого судебного разбирательства. Для этого даже специальную методику разработала. И третье, это измерить прогресс судебной реформы за 25 лет. Вы, кстати заметили, что никаких торжеств не было по этому случаю, хотя наши чиновники очень любят отмечать практически любую дату? Вот! Узнайте почему, прочитайте книгу.

В.Е.: Спасибо большое за интересное интервью, Екатерина! Ну а я, как юрист, не понаслышке знающий и проблемы судов в России, и НЕдоступность судов для лиц с ограниченными возможностями здоровья призываю поддержать проект Екатерины Алексеевской.

Написать ответ

В началоВ начало